Гневный ангел

Гневный ангел, гневный ангел!

С полотна сошедший – Врубель?

Был ты в синем или алом?

Я не помню. Помню губы,

Крикнувшие мне – осмелься

На полёт! Взметнутся крылья,

Тонкий, светлый голос – лейся!

Пусть тоска не станет былью,

Поднимись тропой упрямой,

Посмотри, как даль прекрасна!

И…шагни! Не вниз, где яма,

Вверх – где синим полог застлан.

Advertisements

Мне теперь не пересилить грусть

Мне теперь не пересилить грусть,

Не перехитрить в рыданьях осень,

Все дары и чары – наземь, оземь,

Я уже за краски на берусь,

Не успеть запечатлеть, как просит

Облегчить от тяжести своей

Мокрая рябина – то грачей,

То дроздов, синиц желтоголовых,

Как слетает померанец снова,

Чтоб сметённым быть в туман ночей,

Чтоб гореть опять в тени алькова.

В Михайловском саду

В Михайловском саду желты листы

И осень здесь шумит покровом зыбким,

Но ветер рвёт в прошедшее мосты.

Лишь силуэты лип черны и гибки.

Я в красном да по жёлтому пройдусь,

Пока ещё мне шорох листьев слышен,

Мне город мой чуть-чуть залечит грусть,

Мне осень в спину верной псиной дышит.

Магнитные бури

Из жёлтого Питера в рыжую Сконе –

Где всполохи меди, изыски кармина;

Был путь мой в два десятилетия длинным,

И я уж не я – будто лик на иконе.

Я вроде в годах, как и все, но моложе

На двадцать ветрами продутых проспектов,

Я вроде бы старше – брожу да итожу

И дружбы кручу размагниченный вектор.

Вам часто неловко со мной, как мне с вами?

Стихами мне легче до вас дотянуться,

Но память творит эту магию с нами!

Нас снова магнитит, как чашечку с блюдцем.

Снег на голову

Я сваливалась, как снег, то на голову, то в ленту,

Молчание. Времени бег и вечный ответ твой – еду!

Я простужалась назло – себе, тебе, провиденью ,

Но нам почему-то везло, как рифма – стихотворенью.

Был вечно готов коньяк – на самый тяжелый случай,

И ты – ну, какой пустяк! – не мог не придумать лучше,

Чем быстрый бросок в метро и медленное объятие,

Не ржаво и не старо, и ярко – как клёны ратью.

Отчаяние

Я, немоту пытаясь превозмочь,

Рву воздуха тяжелую мембрану;

Косноязычьем скованные страны!

Как мне язык свой уберечь, как смочь

Здесь, в вакууме, где только слышно эхо

Веков минувших, мрачных и скупых

На сердоболье? Мой затерян стих,

Как марсианин, на земле. Я смехом

Лечу печаль, бросая в интернет,

Как в жернова, слова – ответа нет!

И мне стихи – лишь тихая утеха.