Весна и война

Весна. Цветенье. Тени. Я одна

И этот двор, кипящий, триумфальный.

Не ко двору мне с думой инфернальной,

Когда так беззастенчива весна.

Наверно, так военный почтальон

Спешит к своим далёким адресатам

И вопреки всему цветёт газон

Под сапогом усталого солдата.

Пока лишь декорацией – весна,

Написана кириллицей на сцене.

За занавесом спряталась война,

А я – войны и мессенджер, и пленник.

Майское скерцо

Нежное время года.

Палевое под вечер

Небо. И месяц всходит,

В тучи закутав плечи.

Город весной разряжен –

Радостный именинник,

Мне неудобно даже –

Будто и я в картине

Вишен, магнолий, лилий,

Зелени акварельной,

Стоит больших усилий

Мне этот май-бездельник.

Он нарочито ярок,

Сказочно равнодушен,

Пишет мне без помарок

Письма зелёной тушью.

Нет в них тоски и боли

И не сжимает сердце

От новостей…доколе?

Майское быстро скерцо.

Сказка для внука

Под розовую пену диких вишен

Не пишутся стихи. Идёт война.

Огромная ущербная страна

Бездумно исполняет жребий свыше,

Все адовы круги пройдя – до дна.

И с нею заколдованный народ.

Горючим ли, смертельным змеем, порчей

Он тронутый, пробитый? Горче, горче

Во рту слюна, предчувствуя исход.

Но даже в сказках злое колдовство

Бессильно перед правдою и светом

Я внуку прочитаю сказку эту,

Чтобы змей горыныч не пугал его.

Я потерявшая страну

Я, потерявшая страну

Через преступную войну,

Через народ, сказавший – да

Всему, что горе, и беда,

И смерть – ребёнку, старику –

Невинным на моем веку.

Я, потерявшая друзей,

Внезапно падших из людей

И город долгожданный мой

Больной коричневой чумой.

И гордость всю и всю тоску

Под дулом, вздёрнутым к виску.

Все это потеряла я,

А что осталось – дом, семья

И совесть. Жёстко стелит век,

Чтоб выбор сделал человек.

Ноев ковчег

От разрыва аорты погибла альпака,

Птицы бились о клетки и гибли от страха,

Обезьяны замёрзли в нетопленых клетках,

В зоопарке в войну, в судный день страшны метки.

Под снарядами волки и тигры бездомны,

И мучения их – как людские – бездонны.

Но один человек – то ли Ной, то ли просто

Муж невнятного возраста, среднего роста

Их спасал по одной обезумевшей твари

Так что стало в квартире всех тварей по паре,

И корабль его плыл под обстрелом и воем

То ли ближних сирен, то ли дальнего боя,

Прижимаясь к нему шерстью, клювом, когтями,

Звери души людские спасали. Нас с вами.

Бывали хуже времена

Но не было подлей…

Меж мною и тобой стена,

И крик опять – подлей!

Подлей же яду до краев

И лжи до берегов,

Уже не стыдно – снят покров

С оскаленных голов.

Нет больше даже не любви,

А жалости к врагу,

А враг кто – девочка в крови?

Все можно сапогу.

Когда страна моя – сапог

Казённый и тупой,

То как мне не извлечь урок,

Преподанный страной.

Использована цитата из поэмы Некрасова «Современники»

Жестокосердие

Посвящено молодой женщине, погибшей при обстреле роддома российскими военными 14 марта 2022 года в городе Мариуполе

День двадцатый. Мы начали привыкать

В новостях все дикторы в чёрном.

Вот руины и женщина

Умирает, а я не могу кричать,

Лишь тупо твердить себе

Она выносила ребёнка,

Возможно, первенца

Она считала недели, хорошела,

Покупала цветастые кофточки,

Плюшевого

Мишку.

В календаре

поставила дату,

В которую

Прилетел российский снаряд,

Чтобы ее убить.

Лие Ахеджаковой

Любимой артистке, мужественному человеку и гражданину

Искренняя, милая, ты плачешь

О друзьях, о детях, о стране,

О Руси что гибнет в Украине,

О ребятах, сгинувших в войне,

О нас – всех и каждом. Сердце рвётся.

Половинки прорастут травой,

Все зачтется, каждый крик зачтется.

Незалежной быть всегда живой!

Мысли о войне

Мы живем на пороховой бочке,

Мы дошли до точки, до крайней точки…

Утром – сводки с фронта. Потом – работа,

Чтоб с ума не сойти,ожидая исхода

Двухнедельной бойни, больного сюрра

Преступлений де-факто, отчуждения де-юре.

***

А когда..

А когда закончится война,

Я приеду поездом Аллегро.

Горькая родная сторона,

Город мой в постыдном списке первый.

Протяни мне руку

Протяни мне руку, протяни!

В эти дни мои бессильны руки…

Здесь вот – мы, а там теперь – они,

И конца не видится разлуке.

И опять пролёг водораздел

Прочно ощетинившейся суши,

Не удел теперь мне, не удел,

Ведь окно в Европу уже, уже.

Что ж теперь, все взгляды на восток?

Обернулись азиатской рожей.

Прав был Блок и Герцен. Мёртв пророк.

По живому отдирают кожу.

Жечь глаголом нынче – под статью,

Будем все сажать томат и перцы

Залпами глотать галиматью,

Староверцы все да иноверцы.