Не удержать…

Не удержать последней желтизны

И листьев то дрожанья, то паренья,

Их под ногами медленного тленья,

Деревьев чёрной, голой новизны.

И даже этот бархатный ковёр

Не сохранить. И незачем стараться!

Конец приходит даже жгучим танцам

Листвы и ветра – их проигран спор.

Мы с тобой

Маме

В тумане город. На горе

Больница миражом.

А ведь вчера казалось мне,

Что город подожжен.

Когда мы шли рука в руке,

Не ускоряя шаг,

Вверяясь лиственной реке

На огненный маяк.

Но был тот всполох золотой

Лишь отблеском поры

Неверной, зыбкой, затяжной,

Когда всё жгут костры.

Но мы с тобой, но мы с тобой

Сквозь листья и года

Живем молитвою одной,

Несёт листву вода.

Осенний пир

Из-за листвы не виден дом,

Аллея тонет в золотом,

Но дерева сухой излом

Намёком,

Что все щедроты и дары –

Приметы ветреной поры,

И скоро догорят костры,

Всё в сроки.

А я иду и мне тепло,

От золотой листвы светло,

Ведь ветром землю замело

Недаром.

Все, что отпущено, – моё,

Грачей, синиц и воробьев.

Мы на пиру одной семьей

Задаром.

Я говорю тебе, что смерти нет

«Люблю я пышное природы увяданье…» А.С.Пушкин

Я говорю тебе, что смерти нет,

Мне все вокруг подсказывает это!

Смотри, как из-под туч струится свет,

Как празднично берёза разодета

Перед концом. Распадом. Темнотой.

Как радостно природы увяданье!

И тёплой нотой длится в сердце зной,

Чтоб временное скрасить расставанье.

Нет, смерти нет, а есть круговорот

Энергий чистых, гениев, пророков

Прошу, не говори – уходит год,

Ведь наша жизнь есть череда истоков.

И то, что тяготит и что клянёшь

Когда почти невыносима ноша,

Пройдёт, отступит, ты в себе найдёшь

Неведомые силы, радость множа.

Ночь октября

Эта тихая ночь октября,

Только слышно, как падают листья

Все не зря, все мученья не зря,

Значит сердце останется чистым.

Тонко-призрачен свет фонаря,

Все вокруг погрузилось в молчанье,

И чуть легче вздыхает земля,

И так сладко приходит признанье

Полноты этих кратких минут

Погруженья в иные пространства,

Где года не мелькают, а ждут

Маяками невиданных странствий.

О дожде

Опять шёл дождь, бежал по мостовой,

Скакал по крыше и в окно стучался.

Он убеждал, что он надолго, свой,

Чтоб я отречься даже не пытался.

Он щедро мокрым золотом сорил,

Смывая красоту с берёз и клёнов,

Он что-то непрерывно говорил,

Как будто ждал смиренья и поклонов.

И снова, замурованный в дому,

Я со свечой и книгой – бедный схимник

В который раз вверял себя ему,

Молясь за красоту звенящих линий.

Сезон кошек

Спит кошка, свернувшись,

У кошек настала пора

Ворсистых ковров, мягких лап

И хвостов одеялом.

Ты спросишь, вернувшись

Домой – что за злая игра?

Ведь рыжий покров – лишь этап,

Чтоб вернуться в начало.

И желтые листья истреплют

Нещадно ветра,

И каждое утро – потеря, потеря,

Потеря…

Октябрь по-хозяйски сметает людей со двора,

Но смотрят на это сквозь лапы домашние звери.

Окно в осень

Окно открывается в осень

С багряной и рыжей листвой.

Мы встанем не рано, не в восемь,

Побудем в постели с тобой.

На светлых нарядных обоях

Луч солнца зажжет огоньки,

Перины отельного кроя

Мы сбросим – наги и легки.

Прохлада осеннего утра

Вливается струйкой в окно,

Займёмся с тобой камасутрой,

Как в том итальянском кино.

Окно открывается в осень

С багряной от страсти листвой,

Пока все деревья не сбросят

Наряд, far l’amore со мной!

Гуси летят…

Летят, летят, курлыкая на юг,

Летят, чтобы весной опять вернуться,

Внизу поля и море – синим блюдцем

И страны – географией разлук.

Летят они то стройным, чётким клином,

То разбивая линию, как нить

Размотанную – больше не скрутить,

Веретено судьбы неотвратимо.

Прядёт богиня, музыка небес

И облачные белые одежды –

Её отрада, а внизу невежды

За деревами всё не видят лес.

И каждый раз, заслышав этот крик

Протяжный и зовущий, и высокий,

Я про себя подсчитываю сроки,

Постигнув их божественный язык.