Заброшенный дом. Кто здесь жил? Ставни плотно закрыты,

Весь дом похоронен под тяжестью диких лиан,

И окон глазницы густым виноградом укрыты,

Как будто бы дом был давно и мучительно пьян.

Заржавлена изгородь и кособоки ворота,

Газет прошлогодних унылая скорбная весть,

О том, что в саду этом больше ни встать, не присесть,

Мозолит глаза. Дикий сад не уйдёт ни на йоту!

Он все поглотил словно древний лесной великан,

Теперь он тут царь, все прошедшее – прах и обман!

Дом в вечность уплыл, став картиной достойною Джотто.

Хранит всю нашу память старый дом.

Здесь были влюблены, безумны были;

Здесь мы друг друга столько раз любили,

Что, верно, застеснялся бы и гром,

Но и гроза, и ветры с нами были,

Как будто заодно. Одним ключом

Открыли дверь и в тьме и паутине

Увидели окно, а в нем вершины!

То знак был, путь был высвечен лучом,

И стали мы с тобою в одночасье

Бессрочными паломниками счастья.

Тепло скамьи, кислинка дикой сливы,

Прохлада белокаменной плиты;

Холмы стекают утренним мотивом

Причудливой и строгой красоты.

Перемежаясь с рощами, заплаты

Полей и над деревнями дымок,

И кажется – до гор один бросок,

Лишь руку протяни. Витиеваты

Дороги горные, как жизни серпантин,

Когда ты вдруг над пропастью – один,

И за спиной победы и утраты,

А впереди – безмолвие пучин.

Такая тишь и зной перед грозой…

И воздух выпит небом без остатка;

Вершины в облаках играют в прятки

Со мной, с долиной. Я на водопой

К источнику бреду дорогой римской,

Тропой наполеоновских солдат;

И мир вокруг историей объят,

История и я сегодня близки,

Столетья тихо крыльями шумят.

Опускается вечер, как занавес после премьеры,

Отключили софиты и мягким свечением объят

Горизонт. Дух долины спускается в сад

И вершины в закате стоят Робеспьером.

А ты знаешь? Деревня живет!

Преждевременны слухи о смерти.

Пусть морщинисты улицы эти

И часы свой замедлили ход,

Спорят ласточки, бегают дети,

Да и мы хоть немного в ответе

За весёлый и смелый народ,

За наш дом, переживший столетья.

Ленивые, долгие дни,

Соленое, нежное море.

Уже нет нужды в разговоре,

Лишь руки ко мне протяни,

Abbracciami, caro tesoro!

Деревья не торопятся желтеть,

И озеро до срока не остынет,

И солнце будет столько лет гореть,

Сколько песчинок в море. Не покинет

Планета свой неторопливый ход –

За жизнью – жизнь, за годом – снова год,

Вселенная взирает безучастно,

И энтропия в ней – замена счастью…

Так значит нам, наверное, пора

Повременить, на завтра и вчера

Деля свою дорожку беговую,

Не торопиться выйти на прямую;

Тем более она – не что иное,

Как радуги мгновение, как зноя

Фантом, как игры разума в ночи..

Не торопись, присядь и помолчи

Под тихое ворчание прибоя.