31/12/18

Опять стучался ветер в дверь,

Свистел в окно и громко злился,

Четырёхзвёздочный отель

Через дорогу светом лился.

Так наступал последний день –

Две тысячи и восемнадцать,

Сквозь штормы, солнце и метель

С календаря спешил убраться.

Мы оставались как-то враз

С зажженным грилем и шампанским

Одни. Мечтою Уругвайской –

Chorizo плыл в полночный час.

Так заедали старый год,

Так запивали все победы,

Печали, промахи, беседы,

Готовя новому отсчёт.

Сквозь часовые пояса,

Пересекая континенты,

В сеть полетели голоса,

Как в воздух шапочки и ленты.

И каждый думал о своём,

И каждый очень-очень верил,

Что не покинет счастье дом,

Что горю не откроют двери.

Рамбла Монтевидео и почему у воды бурый цвет

Рамбла Монтевидео – это целая отдельная тема, заслуживающая внимания. Рамбла – это профиль города, его живая, пульсирующая артерия. Рамбла – это сам Монтевидео, она, наверное, важнее для его самоидентификации, чем старый город Cuidad vieja.

Во-первых, рамбла в Монтевидео – самая длинная в мире городская набережная. Её длина чуть больше 22 км, она держит город в полукольце. Во-вторых, почти вся городская жизнь происходит на рамбле. Здесь гуляют, бегают трусцой, катаются на роликах и велосипедах, загорают и купаются, встречаются с друзьями, расстаются, влюбляются, собираются семьями и пьют мате. Днём и ночью. Летом и зимой ( и весной, и осенью). Рамбла – это пульс города. Прибавьте ещё неумолкающий гул машин и мотоциклов, устраивающих Формулу уно по вечерам. Все, что вы хотите узнать о городе, есть на рамбле.

Рамбла состоит из серии городских пляжей и каменистого берега, с которого хорошо рыбачить. Пляжи эти 10 лет назад были очень запущенными и грязными. Теперь они чистые и опрятные, город взялся за ум. На пляжах всегда есть народ, но так как пляжей 22 км, то и народ не клубится в одном месте. Купаются, но не любят холодную воду, то есть ниже 25 градусов. А вода? Это отдельная тема.

Вода всегда буроватого цвета и не очень прозрачная. Иногда просто мутная. Почему? Очень просто! Посмотрите на карту и вы увидите, что Монтевидео лежит в устье широкой реки или залива Рио де ла Плата. Он собирает в себя воды двух рек и впадает в океан, образуя широкую дельту. Вода несёт в себе торфяные и глинистые отложения, впрыскивая их, как осьминог краску, в морскую воду. Спутниковые снимки четко показывают темно-коричневое марево залива. Опасно здесь купаться? Нет. Но не всегда хочется так как в нашем представлении морская вода должна быть прозрачной. Но ведь купаемся мы в тёмных глубоких реках и водоемах. Или купались, когда-то детьми.

Рамбла и пляжи – это сердце города. Corazón tu corazón.

Закат на Рамбле

Закат в Монтевидео. Океанский лайнер скоро скроется из виду. Впереди у него Бразилия или Европа. Кто знает? На лайнере сервируют ужин. В ресторанах между столиками бегают официанты. Наполняются бокалы. Пассажиры предвкушают обильную праздничную трапезу. А тут, на берегу, мы остаёмся на месте, каждый на своём. Я бреду без дела и жадно впитываю дух рамблы. Немного загазованной, шумной, очень демократичной и даже минималистской. Термос с кипятком. Калабас с мундштуком и терпкое зеленое мате – чай гаучос. Люди сидят на берегу: парочки и группы – и пьют свой мате, передавая кожаный калабас по кругу. Один на всех. Пьют медленно, потягивают, как дорогой коньяк, но там просто чай. Он когда-то поддерживал гаучос целыми днями в седле. Я им завидую. Не гаучос, конечно, а этим несовременным людям с их простым напитком. Единение. Единство. Жизнь, как она есть. Другой не будет.

Железная река

Есть белая и красная река

В пространстве ночи,

В безвременье стран,

И лавою издалека

Стекает её огненный рукав.

И дважды в эту реку не войти,

Войдя же, не вернуться прежним,

Но, если вам с рекою по пути,

Она железом вас накроет нежно.

Хоть медленно течение её,

Внезапно сокращение пространства,

Как если бы, ужалены змеей –

Одним противоядием долгих странствий.

Люсия 13/12

Шафрановая булочка души,

Lucia, Luce, света в темном царстве

Немного больше. От тоски лекарство –

Корица, кофе и в ночной тиши

Девичий голос, света естество.

Спускается на землю каждый вечер

Декабрьское ночное божество,

И тёплых рук мои так жаждут плечи

Но тот, о ком всё это… нет его,

О нем лишь в церкви догорают свечи,

Так и не выдав таинства всего.

В предверии рождества

С каждым годом всё больше хочется Рождества,

Разукрашенной елки, звёзд в полутемных окнах,

С каждым годом всё чаще хочется волшебства,

Ярких свеч в коронах дев белоснежно-тонких.

С каждым годом темнеет всё раньше и мой декабрь

Всё быстрее несётся, перебирая числа,

В телефонной книжке всё пОлно, но чуть пошарь,

Дорогих имён всё меньше…живу со смыслом.

Всё всегда везде, дай Бог,

не успеть уже

И, наверное, этот урок до конца усвоен,

Мы декабрь придержим на вираже,

Будет долог и светел он,

хоть и ликом тёмен.