Я теперь — закрытая вода,

Я — глубокий омут,

Я — пространство

Тишины. Не скука, не беда —

Я — своей натуры постоянство.

Все мои движения сейчас —

Это самый тихий, плавный танец,

И в лице моём — лишь свет, не глянец,

И мой час — он самый долгий час.

Я теперь — дыхание в глубине,

Тень на дне, закрытый перламутр,

Тишина, что держится во мне —

Раковина тысяч камасутр.

Я — покой, ему не надо слов,

Я — предел, где не бывает спешки,

Каждый жест мой — молчаливый зов,

Путь к открытию, к себе —

той прежней.

Я теперь — движение без следа,

Свет в воде, который не заметен,

Ночь, вместившая мои года,

День, в котором становлюсь поэтом.

Я — глубинный, медленный прибой,

Тишина, что не боится боли,

Каждый миг мой — это праздник мой,

Возвращение радости и воли.

До сих пор громыхает и льет,

Вспышка молнии в кадре случайном,

По Фонтанке кораблик плывет ,

На мосту мерзнет путник печальный.

Закипает в канале вода,

Черной тенью тяжелое небо,

Но Фонтанка прекрасна всегда 

И зовёт тебя, где бы ты не был.

Снова память на помощь придет:

Наших солнечных синих каналов,

Наших встреч незаконченный счет –

Строгим Бахом высокого зала. 

Я нарисую земляничный рай

И луг в закате розово-багряном.

Я подарю себе мой шведский край

С дроздом на крыше, мне в соседи данным.

Я нарисую летнюю жару,

Густую тень под кленом, вкус черешни.

Я думала вчера: когда умру –

То будет этот мир таким, как прежде?

Без запахов, без звуков, без цветов

Останется лишь тусклая картина.

И не придет на молчаливый зов

Никто живой в моем тоннеле длинном.