Стихами думаю. В стихах, как в облаках,
Порой летаю. В основном бесцельно.
Когда мне хорошо, то запредельно
Мое пространство. Только крыльев взмах
Там слышен в стих отточенному уху,
Тогда я доверяю взору, слуху.
Все настоящее, рождённое душой –
Такой свободной и такой большой –
Подвластно телу и созвучно духу.
Позднее лето и поздние розы
Благоухают самозабвенно,
Чтобы увянуть вскоре. Все тленно,
Но им не страшно. Вьются стрекозы,
Жизнь их не знает времени плена.
Играла осень на флейте лета,
Был вечер нежен, был вечер ясен,
Но в желтых прядях в полоске света
Ольха и ясень, ольха и ясень.
И бурых листьев полна дорога,
Иду вдогонку, иду навстречу,
Прохлады сладок глоток. С порога
Я в зелень кану никем не встречен.
Полураздеты и легковерны
Шли люди,
словно всю жизнь гуляли,
Но те приметы светили верно,
Все ж доиграли. Все ж доиграли.
Ромашковый рай шёл на смену тюльпанам, июнь
травой- муравой застелил мне постель и прохлада
Манила меня в глубь лучами воспетого сада,
И, как никогда, одиночество было – лишь дунь –
Пыльцой от цветка, опадающим старым нарядом.
Безумство цветов обещало чистейшие краски,
Невидимый глазу певец брал все ноты на бис,
И полчище птиц так напоминало актрис,
Вовсю разошедшихся, скинувших гримы и маски,
И дружно сбежавших на улицу из-за кулис.
‘Художник здесь изобразил глубокий обморок сирени.’ И. Мандельштам
Когда так обморочна сирень
И вишни сбрасывают одежды,
Я вспоминаю наш первый день
Мы влюблены. Мы в любви – невежды.
Город мой, тонущий в лепестках,
Руки, всё ищущие друг друга,
Вновь миражами дрожат в стихах
Те поцелуи в черте испуга.
Вечер гас, солнца последний луч –
Был это знак или просто счастье?
Жизни другой сокровенный ключ,
Май с этих пор лепестками застлан.
Вы знаете как в мае пахнет дождь?
Под колокольный звон да по брусчатке
На велике под горку…точно в прятки
Играю с ветром. И приятна дрожь,
И по педалям ударяют пятки.
Вы помните как в мае не везёт
Порой с погодой? Тучи солнце скроют,
А может быть, все дело в этом крое
Весенних дней – не знаешь наперёд,
В природе есть баланс, но нет покоя.
Вы верите, что сбудется весна?
И что июнь нас на поруки примет?
И утреннее солнце шоры снимет
С уставших глаз, и будет нам сполна
Зелёных трав и неба сводов синих.
Остроконечны, пламенны,
В небо устремлены,
Огненным реют знаменем –
Снова триумф вёсны.
Чем сердце успокоится сегодня?
Цветущей вишней? Ветром продувным?
Да просто – днём апрельским…сон как дым
Рассеялся. Я с корабля по сходням
Уйду в веселый, неизвестный мир,
Пусть мой маршрут, захоженный до дыр
Ведёт туда, где свет и птичий гам,
Где разнотравье и разноцветенье…
Где год назад я клятву всем богам
Дала. Был день холодный. Воскресенье.
С тех пор я не покинула ашрам,
В нём годовалый внук – мое спасение,
Маяк во тьме усталым кораблям.
Текстура дерева, фактура древесины,
Все узелочки, линии судьбы;
Как на ладони, тонкой нитью длинной
Струится путь под колесом арбы.
И арбакеш- возница смугл и голос
Степного ветра заунывно долг,
Волною дальней затрепещет колос,
И так по-человечьи взвоет волк.
Но пыль осядет и смахнёт возница
Дороги неизбывную печаль
С лица. Его дорога вечно длится,
Как века непрочтенная скрижаль.
Внук делал свои первые шаги,
Шатаясь, разбегаясь, веселясь,
Был шаг короче, чем размер строки,
Где Маша, мячик – все читалось всласть!
Как капитан по палубе, спешил,
Бежал вперёд к своей заветной кромке;
Несло корабль в сто малышовых сил
Под смех его отчаянный и звонкий.
А с радиолы лился голос тот,
Что с детства его мамы протянулся
Там был осел, и верный пёс, и кот,
И юноша…он внуком обернулся.
nikastories 