Мне известен секрет

Мне известен секрет – жить с тобою в любви и с любовью,

Осторожно и нежно, едва лишь касаясь рукой

Твоих светлых волос и, приникнув щекой к изголовью,

Охранять твой глубокий, по-детски беспечный покой.

Нам известен секрет – тот ларец, что так просто открылся,

В нём все наши минуты с тобой, что сложились в года,

В этот мир беспощадный ты так безрассудно явился,

Чтоб себя забывая, я стала навек молода.

Молода для тебя и для наших купаний и пряток,

И зелёного сада, и розовых дальних вершин,

Не от яблок ли спелых и воздух так нежен и сладок?

Нам с тобою дано все увидеть, познать, совершить.

60

Подкралась цифра…или это я

В потоке жизни разглядела метки?

Березы пожелтевшей спорят ветки,

В туманы одеваются поля.

В моем окне теперь осенний пир

И яблок осязаемая тяжесть,

И тихая, неведомая радость

Витает в светлых комнатах. Хоть мир…

И беспокоен и несовершенен,

Я эту радость в сердце сберегу

И медленно цедя, не на бегу,

Продлю мгновения тишины и лени.

В шестидесятый раз созрел каштан,

Не ведая, что он теперь в почёте

У перелетных птиц. Есть смысл в подсчёте

Лишь этих светлых дней и дальних стран.

Сегодня

Сегодня волновались птицы. Ветер

Гнал облака и птицам помогал

Парить и низвергаться. Словно в сети

Ловил их ветер вдруг и…выпускал.

И был их волнение созвучно

Берёзам, что желтели на глазах,

И мне так странно становилось ясно,

Что есть покой за тем, что боль и страх.

Багряный клён

Со мной теперь живет багряный клён

С причудливыми острыми листами,

Он до меня был в старый дом влюблен,

Теперь в моем окне играет пламя.

И музыка его сквозных ветвей,

Их лёгкое по воздуху круженье

Мне обещают скоротечность дней

И сладкую отраду повторенья.

Под вечер

Под вечер всегда закрывали ставни,

Ты был со мной безупречно нежен.

Из страстных любовников кем мы стали?

Рука на бедре волнует как прежде.

Я в комнате под потолком покатым

С ночным мотыльком и тобою спящим

Опять вспоминаю, как мы когда-то

Спешили друг к другу…пусть тот обрящет,

Кто сердцем ведом и хоть страхом скован

читает судьбы разудалый почерк,

Под утро меня ты обнимешь снова,

Чтоб было легко дожидаться ночи.

Новый старый дом

Малина падает с куста

В мою ладонь, как манна с неба.

Все снова с чистого листа –

В нём старый дом – той жизни слепок,

Что здесь была до нас и, след

Оставив – зеркалом паркета

И множеством других примет,

В которые судьба одета.

Нас принял дом и, укачав

Морскими тёплыми ветрами,

Поплыл, нас юнгами забрав.

Пускай любовь пребудет с нами!

Одна

Юле

Ты будешь одна, как озеро,

Ты будешь одна.

Ты будешь одна, как в озере

Обломком луна.

Ты будешь одна, как глубокий сон,

Как свет в темноте,

И будут глядеть с сорока сторон

Ушедшие те.

Но все забирает озеро –

Тебя и меня,

Мерцают обломки острые

Прошедшего дня.

Дорожная

Ты шлешь мне музыку, а я тебе открытки,

Ты в Питере, а я спешу на юг,

В швейцарских Альпах горизонты зыбки,

Ты нотами мне пишешь – я твой друг.

Пусть нотами раз не сказать словами,

Подарено зеленое кольцо,

Мне чудится вдали за облаками

Невысказанной нежности лицо.

Вся наша жизнь с тобой – такие встречи

За день мы проживаем пару лет,

Ты на вопрос мне музыкой ответишь

И слаще поцелуев твой ответ.

Высокая вода

И вот опять высокая вода

В твоих каналах, мой любимый город!

Я ненавижу слово «никогда»,

Я счастлива с тобой и в зной, и в холод.

И в этот миг, когда волна бурлит,

И лодки крутит своевольный ветер,

Высокая струна во мне звенит,

Я за тебя, как за любовь, в ответе.

Последний день

Последний день. Из синих кучевых

Летит давно обещанная влага,

Благословляя с миром. Стынет стих

На Питерском ветру, ведь я – бродяга

Опять – перекати поля, залив

И мелкую Маркизовую лужу,

Но нА сердце звучит один мотив,

В разбойные года, в лихую стужу

Один причал и якорь, и флагшток –

Кораблик и над ним парящий бог.