Тот месяц был особым. Я жила

в стихах. Меня томила неизвестность

И страха маета и бестелесность;

Как ожидания острая игла

Вонзалась в тело ночью! Я тогда

Молилась тем богам, которых знала,

Я лучшую поэзию читала,

Писала хокку; в парке, без труда

Накручивала велокилометры,

И волосы, взъерошенные ветром,

Так явственно являли седину,

Ведь я брела паломником в страну,

Где ярок свет и разноцветны краски,

И все приближено, как бы под микроскоп

Уложена вся жизнь,

во мне потоп

Случился мыслей, чувств и предсказаний,

То уж не я была – клубок желаний,

И месяц тот все рос – длиною в год,

Я с ним состарилась…или наоборот.

Больно почкам лопаться весною,

Так робка весна – не оттого ли?

Карин Бойе

***

Больно, больно раскрываться почке,

Больно – жизни – и её темнице,

И так долго ожидание длится,

Сердце бьется у пленённой птицы,

На обрыве ты – у крайней точки.

И когда терпеть уже нет мочи,

Листья рьяно вырвутся из клетки,

Зеленью живой украсят ветку,

Ты шагнёшь с обрыва среди ночи.

И тогда, о чудо мирозданья,

Дерево взорвется снежной пеной,

Песнь дроздов придёт ветрам на смену,

На траве, припавши на колено,

Ты замрешь… и сбудется желанье.