Так жили мы и помнили о Саше.
Ты в Питере, я – в Лунде. Никогда
Не встретились бы, если бы беда,
Друг к другу не прибила жизни наши.
Так прибивают волны письмецо
В закупоренной илистой бутылке,
Так ищет безымянное кольцо
Живой руки и пульса тонкой жилки.
Так ищут души ангельский покой –
Уставшие, забывшие, чужие –
Так вот и мы, наверное, с тобой
Нашли друг друга в мировой стихии.
Я по весне бегу на каблучках,
Качусь под горку на надутых шинах,
Я летних платьев разноцветный взмах
Опять ношу без цели и причины.
Я по утрам вновь радуюсь цветам,
Так весело зажившим на балконе,
И в моей милой южно-шведской Сконе,
Я снова слышу птичий зов и гам.
И будят оркестранты по утру,
Не церемонясь с планами моими,
И, благодарная, я упиваясь ими
И, как ребёнок, прыгаю в игру.
О Прага, пережившая века,
Воспетая, воспевшая, святая!
Как сказочны над Влтавой облака,
И крыши, и мосты…Я улетаю
С такою просветлённою душой,
Славянской своей сутью принимая
Её согласных вязь, её покой
Еврейских кладбищ и течение Влтавы,
Исполненных той чистой красотой,
Что неподвластна ни молве, ни славе.
Что знали мы о жизни, расставаясь?
Что будут страны, будут расстояния.
Мы даже торопили провожание,
Нам жизни очень много оставалось.
Что знаем мы теперь? Как эти страны
Нас лихо развели и разлучили,
Как они нас от дружбы отучили,
Как бывшей дружбы тихо ноют раны.
И что же будет? Будет продолжение
Привычных дел, привычного забвения,
И где-то в глубине – святое тление
Того огня, и в этом все спасение.
Был месяц brezen. Солнце появлялось
Пугливо и ютилось на балконе,
И лепестки озябшие ладони
Тянули к небу. Сколько оставалось
Нам этих дней испуганной весны –
Не знали мы. Календари молчали,
И мы опять всех дел не успевали
За день короткий переделать. Сны
Так обморочны были, так обманны –
Парили мы в них, солнцем осиянны,
В объятиях нескончаемой весны.
Сменилось имя на квартирной кнопке,
Стою, как оглушенная…как так?
Ты переехал? Не пойму никак..
За занавеской темнота. Неловко
Заглядываю в низкое окно.
Я долго шла сюда – почти полгода,
То дел круговорот, то непогода
Все отговорки, глупость, все одно:
Желание свои воспоминанья
Как сильно забродившее вино
Немного процедить и заодно
Задвинуть в дальний ящик непризнанья.
И вот стою, но ты не переехал,
Или вернее переехал, но,
Боюсь, я знаю адрес. Как в кино,
Последний кадр и затихает эхо
Невидимого голоса его,
Могильный холм, и больше ни-че-го.
Дождь припустил сегодня не на шутку,
И мы с тобой свидетели его
Весенней, вдохновенной перепалки
С зимой вчерашней.
Больше ничего
От снега не осталось.
Взмыли галки
В холодные, седые небеса,
И птичьи надрывные голоса
Звенят в стекле.
Что дождик? Елки-палки!
Ведь на дворе вершатся чудеса…
Предчувствие весны. Оно уже везде –
В сырых зелёных мхах, очнувшихся от снега,
В туманных снах земли о мягкой борозде
И в солнечных лучах, что обещают негу.
И в смелой желтизне трёх сотен лепестков,
Наперекор ветрам и всякой непогоде
Услышавших весны неотвратимый зов,
Сыгравших ми мажор на торжестве природы.
День догорал, и северное солнце
Лизало напоследок окна зданий –
Таких простых, а нынче полных тайны
И ожиданья, что огонь займётся
И расцветит уснувшие жилища,
Даст жару очагу и людям пищу.
Но догорел закат, погасли тени,
И белый снег залился синевой.
Колючий ветер гнал людей домой
Да снежной пылью оббивал ступени.
Завьюжило, заснежило! Ужели
Мои мечты, взметнувшись высоко,
Качнули эти зимние качели?
И снег пошёл – так густо, так легко!
Засыпал, хоть на время, все сомненья,
Лёг покрывалом на тревогу плеч,
Метелью белой, белым вдохновением
Дохнул, когда не стало в доме свеч.
И я, лицо счастливо обжигая,
На ледяном ветру, как на пиру,
Гуляла всё кругами, как хмельная,
С метелью развеселой ввечеру.
nikastories 