Поговори со мною о любви –
Сгоревших лбах и сотнях столкновений
Горячих рук…и я прошу – не лги,
Что в том году длиннее были тени.
Что были зеленее острова, зеркальнее вода,
Уютней рощи и самолетов двоекратный росчерк
На южном небе обещал года.
Года-то были и была она,
Навеянная сном и Пастернаком,
Тех светлых глаз хмельная пелена,
В твоей палатке под созвездием Рака.
Стихотворения
Сегодня утром
Сегодня утром остро пахло морем,
Политые цветы и мокрая сирень
Тому причиной
или просто длинным
Был этот год – без вех, без перемен.
Дела копились, как счета к оплате,
Но был кредит использован до дна,
В окно светила полная луна
И пели утром птицы – так некстати.
Изо всех сил нагружённой баржОй
Ползла я через мили сухостоя,
И бодрым капитаном, без простоя
На карте отмечала вечный зной.
Дождя, грозы и шторма я прошу!
Ну хоть бы бриза утром в понедельник.
Я враз, как разгулявшийся бездельник,
На лёгкой лодке к морю поспешу.
Бабушкины пионы
Снова пионы – видимо, это
Ты опять говоришь со мной…
Помню – бутоны, начало лета
Бабушкин куст – для неё одной.
Темно-багровый, сладко-пахучий
Он распускался, как по часам,
В небе сражались майские тучи,
Было на даче весело нам.
Снова пионы, май на исходе,
Я далеко. Ты, наверно, в раю.
Все-таки есть неизменность в природе
В каждом цветке я Тебя узнаю
Танцуй со мной…
Танцуй со мной! Ведь я люблю тебя –
Он мне сказал – Мне большего не надо!
Танцуй со мной до кромки звездопада,
Танцуй, меня не зная, не любя.
Я промолчу. Я музыку люблю.
Ты музыки живое воплощение,
Её тоска и страсть, и сотворение.
Я танцем за любовь благодарю.
Апрель, апрель…
Апрель, апрель…Игрок ты никудышный!
На стол зелёный мечешь снег с дождями.
Какими неизвестными путями
Придёт тенистый сад ко мне под крышу?
Как нежная сирень пробьётся к небу?
Там синих туч баталия не стихнет,
И радостный подснежник снова сникнет
Под диким градом ветру на потребу.
Я сквозь апрель паломником усталым
Бреду словно в бреду к святому месту,
Где солнце – не испуганный наместник,
А гордый князь на небе величавом.
Österlen/Остерлен
Ge mig en dag av vindar och sol
Vid stränder ljusa och klara,
Där tystnaden går i kullarnas gräs
Vid havet, vid Österlens dalar.
Ge mig en natt då tiden står still,
Då trast och näktergal talar,
Då nöd och då lust, då kärlek blir till
I lundar, i Österlens dalar.
Ge mig den stund, ja ge mig den tid,
Då hundra lärkor och svalor
Flyger min själ till himmelens frid
På hedar, vid Österlens dalar.
Дай мне один день, полный ветра и солнца,
На тёплом песке, белоснежном и чистом,
Укрой тишиной, как травой иноходца –
Узорчатым клевером, мятой душистой.
Дай мне одну ночь – ту, что длится безмерно,
Пусть дрозд с соловьем мне любовь напророчат,
О грусти и страсти узнаю, наверно…
Долины твои упоительны ночью.
Дай мне этот миг – я его принимаю!
Уж ласточек стая меня закружила
И душу мою к долгожданному раю
Покоя в долинах твоих причастила.
Печаль-буревестник
Ты тоньше паутины, ты светлей
Мадонны лика. Глубже расставанья
Ты спутница моих бегущих дней,
Ты мой источник неземного знанья.
Ты моя тень в безоблачной дали,
Извечное andante всех allegro,
Свернувшаяся глубоко внутри
Печаль моя – мой буревестник верный
Emancipación
Играет танго – Emancipación,
И от объятий тесно в тёмном зале,
А там, в углу, стоит недвижен он –
Глаза полны непролитой печали.
Его Эдит сегодня не придёт –
Другой мотив играют в поднебесье,
Но он стоит и терпеливо ждёт
Когда оркестр сыграет Эту песню.
Вот Это танго – Emancipación,
Уж сорок лет….не сбиться бы со счёту,
Щека к щеке…..и не уходит он
Пока скрипач не взял последней ноты.
Emancipar – её освободи!
Навеки лёгкий шаг и чёрный волос,
Но только от него не уводи,
Оставь ему последней скрипки голос.
Тяжесть и сладость
Подушусь-ка сладкими духами
Царскосельских величавых дам;
Допьяна тяжелыми стихами,
Вновь напьюсь с тобою пополам.
В тёмные одежды, в мягкий бархат
Обернусь от мартовских ветров,
И рубином заалеет ярким
Губ изгиб, но будет взгляд суров.
Тяжестью излечивая тяжесть,
Буду я спокойна и тверда.
Горечь, как изысканную сладость,
Выпью за весёлые года.
Волшебная флейта
Играла флейта, пела тростником,
И золотых клавир касались губы,
А в небесах невидимые трубы
Искрились солнцем и текли рекой.
Был музыкант и заклинатель змей
Одним лицом – он заклинал и нежил,
И струи половодием безбрежным
Пожар тушили в тысячу огней.
Душа тонула, плавилась душа,
Чтоб, испытав затмение восторга,
Вновь научиться, хоть и ненадолго
Взлетать над телом, музыку верша.
nikastories 